Греческая надпись о сексе двух мужчин на кувшине из древней Италии

В 1963 году в некрополе древнего поселения Фратте, на территории нынешнего Салерно на юге Италии, нашли небольшой глиняный кувшин для вина — ольпу. На нём по-гречески процарапаны четыре короткие фразы о том, кто кого любит и кто кого хочет. Одна из них сообщает, что мужчина по имени Волхас занимается анальным сексом с другим мужчиной, Аполлодором.

Ольпу сделали в первой половине 5 века до нашей эры в греческом городе Посейдонии, а нашли в могиле соседнего поселения, где жили этруски. Эта надпись — редкий случай, который показывает, как жили бок о бок греки, этруски и местные италийские народы.

Что написано на кувшине

Надпись идёт двумя строками вокруг тулова. Буквы написаны справа налево. Исследовательница этрусской культуры Софи Перар описывает её устройство так: каждая строка делится пополам, и половины читаются от середины в разные стороны, зеркально друг к другу.

Ниже приведено чтение специалиста по древним надписям Луиджи Веккьо привычными греческими буквами, каждая фраза на отдельной строке:

В записи латиницей w передаёт древнегреческую букву Ϝ (дигамму), а черта над ē и ō обозначает долготу гласной:

Перевод ниже сделан по чтению археолога Анджелы Понтрандольфо, которое приводит историк Древней Греции Айртон Поллини:

Глагол ἔραται (eratai) в первой и третьей фразах означает любовное или сексуальное желание, его переводят как «любит» или «желает». В четвёртой фразе стоит форма ἤραται (ēratai), и Поллини с Перар передают её прошедшим временем: «любил», «желал».

Самое грубое слово надписи, ἀπύγιζε (apygize), стоит во второй фразе. Филолог-классик Джованни Черри считал его редкой формой глагола πυγίζω (pygizō), «совершать анальное проникновение». Необычный вид слова он объяснял тем, что приставка сократилась, а звуки потом изменились. Черри относил такую форму слова к разговорной непристойной речи того времени.

Роли в этой фразе задаёт грамматика. Волхас действует, а Аполлодор, имя которого стоит в винительном падеже, оказывается принимающим партнёром.

Кто эти семь человек

В четырёх фразах названы семь человек. Кроме имён, о героях надписи ничего не известно. Возможно, они все были знакомыми заказчика кувшина.

Аполлодор упомянут дважды, и из первых двух фраз складывается маленький сюжет. Остальные имена встречаются по одному разу. Поллини насчитывает пять мужчин и двух женщин.

По именам понятно, что Аполлодор и Онат — греки, Волхас — этруск: его имя представляет собой греческую запись этрусского имени Вулька. Так, по преданию, звали мастера из города Вейи, который около 520–510 годов до нашей эры сделал культовую статую Юпитера для храма на Капитолии в Риме.

Ксилла и Никсо, видимо, — женщины из местных италийских народов. Перар считает, что их имена самнитского местного происхождения, но их записали греческими буквами и подогнали под греческое произношение. Выходит, первая и третья фразы рассказывают о греках, которые желают местных женщин.

С Гибрихом и Парминисом сложнее. Поллини не нашёл для этих имён надёжных греческих параллелей, считает их местными италийскими, а обоих героев — мужчинами. Тогда последняя фраза добавляет к истории Волхаса и Аполлодора ещё одну мужскую однополую пару.

Филолог Ренато Арена в 2006 году предложил другое чтение. По его версии, Парминис (Πάρμυνις, Parmynis) — это женщина, возлюбленная Гибриха. Он вывел её имя из греческих вроде Парамоны, а необычное звучание объяснил местным диалектом. Тогда последняя фраза рассказывает о любви мужчины к женщине. Сколько в надписи мужских пар, одна или две, зависит от того, чьё чтение принять.

Шутка об Аполлодоре

Черри обратил внимание на то, как построены первые две фразы. В первой Аполлодор желает Ксиллу. Во второй его имя стоит в конце, теперь уже как имя того, в кого проникает Волхас. Отрывок начинается и заканчивается Аполлодором, а сам он за две фразы из того, кто добивается, превращается в того, кого берут.

Черри считал это шуткой. Он исходил из древнегреческой нормы, по которой свободному мужчине пристало быть активным партнёром, а оказаться принимающим было стыдно. Таким образом, юмор заключается в том, что Аполлодор гонится за женщиной, но сам попадает под Волхаса. Такую шутку, по мнению Черри, могли произносить вслух на симпосии — греческом застолье с вином.

Черри сравнил надпись с 56-м стихотворением римского поэта Катулла, жившего в 1 веке до нашей эры. Рассказчик там застаёт юношу с девушкой и тут же сам совершает с юношей половой акт. Приём тот же: мужчина, который проявил инициативу, сам становится объектом. Сходство Черри объяснял общим устным запасом непристойных поговорок, песен и шуток, которые время от времени попадали в письменные тексты. Если так, ольпа сохранила один из самых ранних примеров.

Перар также вспоминает похожий латинский мотив fututor fututus — «тот, кто имел, и сам поиметый».

Черри предложил прочитать первые две фразы и как стихи: каждая делится на две ритмические половины, а размеры похожи на народные песни и хоровые партии в комедиях Аристофана. Если он прав, на кувшине записана непристойная застольная прибаутка об однополом сексе.

Кувшин и пир

Ольпа невелика: округлое тулово, узкая шейка, подставка и одна высокая ручка, которая поднимается над горлом. Археолог Эдвард Робинсон описывает её как частично покрытую лаком, другие исследователи уточняют, что лак чёрный. Картинок на сосуде нет, и вся эротика отражена лишь в словах.

Место изготовления кувшина учёные определили по глине и форме: обе указывают на Посейдонию. То же подтверждает письмо: надпись выполнена местным, так называемым ахейским вариантом греческого алфавита, которым пользовались в этом городе.

Буквы процарапали по сырой глине до обжига. Значит, надпись задумали ещё в мастерской, и пользоваться кувшином собирались вместе с ней.

Во время застолья такой кувшин, скорее всего, переходил из рук в руки. Его брали за ручку, поворачивали и разливали вино. Надпись опоясывает тулово, так что читать её приходилось, вертя сосуд.

Историк искусства Франсуа Лиссараг высказал догадку, что надпись можно было прочитать в отражении, в самом вине, как в зеркале.

Где нашли ольпу

Этруски — это народ, который правил большей частью Италии ещё до возвышения Рима. У них были свои города, религия и язык, не родственный ни греческому, ни латыни. От них сохранилось много надписей, их буквы читаются, но смысл разгадан лишь частично.

Рим перенял многое у этрусков, а потом захватил их города.

В 6–5 веках до нашей эры этруски жили и в Кампании — области вокруг нынешних Неаполя и Салерно.

Соседями им были греки и италийцы. Греки с 8 века до нашей эры основывали города на юге Италии и на Сицилии, эти земли позже назвали Великой Грецией. Около 600 года до нашей эры выходцы из греческой колонии Сибарис основали здесь Посейдонию, которую при римлянах называли Пестумом.

Италийцы же — это остальные коренные малые народы Италии, говорившие на языках, родственных латыни, например оски и самниты.

Поселение Фратте стояло на невысоком холме у реки Ирно, примерно в четырёх километрах от её устья, там, где сходились дороги к Кампанской равнине, во внутренние области Италии и к южному побережью. Главными соседями Фратте были этрусский Понтеканьяно и греческая Посейдония.

Фратте возникло в начале 6 века до нашей эры и оставалось заметным до конца 5 века нашей эры. Его древнее название неизвестно, но учёные предполагают, что это могла быть Марцина или Тирсета.

Ольпа лежала в погребении, которое в научной литературе обозначают как гробницу 26/1963, или 26/63 (вторая часть номера — год раскопок). Рядом была другая посуда для питья, в том числе чаша и скифос, глубокий сосуд для вина с двумя ручками.

В 1987 году Понтрандольфо впервые подробно опубликовала надпись, потом о ней писали специалисты по греческим диалектам, античной литературе, этрусской культуре и истории сексуальности.

Сейчас ольпа хранится в Провинциальном археологическом музее Салерно.

Ольпу относят к первой половине 5 века до нашей эры. Черри по другим вещам из погребения датировал её промежутком между 480 и 460 годами до нашей эры, Поллини — первой четвертью века, а Веккьо в 2025 году — 480–470 годами до нашей эры.

Что надпись говорит о мире Кампании

Для Поллини ольпа — свидетельство тесного общения разных народов Кампании. Кувшин сделали в Посейдонии и привезли во Фратте, надпись греческая, а имена на ней греческие, этрусские и италийские.

Перар видит в надписи шутку вполне греческого типа, но с негреческой чертой. Греческие нормы разводили, где, когда и с кем мужчине позволено удовольствие. Здесь же любовь к женщинам и к мужчинам, роль «сверху» и роль «снизу» сведены в одну сцену без всякого перехода, а сам Аполлодор успевает побыть и тем, кто желает, и тем, в кого проникают. Перар допускает, что так проявилось влияние этрусков или италийцев, которые отличались более свободными нравами, чем греки.

Почему ольпа оказалась в могиле

В конце концов ольпа отправилась в могилу вместе с остальной посудой и благодаря этому дошла до нас. Веккьо предполагает, что похороненный был одним из героев надписи. Тогда понятно, почему кувшин со знакомыми именами положили рядом с ним. Чьё это погребение, неизвестно: имени умершего на сосуде нет.

Религиозного смысла в надписи тоже не видно: в ней нет ни обращения к богам, ни упоминания смерти, только желание и секс.